rms1 (rms1) wrote,
rms1
rms1

Category:

Филофей и отцы-основатели

В рамках разговора о русском versus западный национальный характер решил разместить старую работу примерно 1999 года

Об отношении к Западу
( на мотивы К.Крылова)


О фешенебельные темы! От вас тоска моя развеется…
И. Северянин


Значительное место в творчестве К.Крылова занимает выработка нового отношения России к Западу. При этом идеалом нового подхода неожиданно вырисовывается не горячий и не холодный рационализм, замешаный на традиционном отрицании, только в этот раз как блестящих пуговиц сталинки так и потёртых ручек настройки ультраволновых радиоприёмников. Многочисленные dixi автора тянут по извивам «атомизированого общества», «сексуальной революции» и т.п. За всем этим проглядывает новая актуальность этой проблемы как части Пореформеной Парадигмы России (ППР, ранее партийно-политическая работа, см. так же посидели, попиздели, разошлись). Отношение к Западу и в самом деле занимает едва ли не решающее место в ППР. Трагедия Запада, Который Мы Потеряли травмирует коллективное бессознательное России конца 90-х почище полной доступности варёной колбасы в сочетании с её неожиданой безвкусностью и шокирующей непрестижностью. Для понимания корней этой проблемы обратимся к коллективному бессознательному читателей Литературной Газеты 20 летней давности – главному субстрату сегоднящней реализации ППР. Ссылка «на-то-как -у-них» тогда была расхожим аргументом для демонстрации Всем И Так Понятного Нашего Гнидства. Например, если, скажем, тогдашнему интеллигенту надо было регулярно обходить чей-то дачный участок, что бы попасть на собственный, то он, тайком попортив забор мешающего участка, любил вдобавок порассуждать, что «вот на Западе собрали бы мнения народа, и демократическим путём решили бы посторить дорогу на месте мешающего забора, что бы все могли ходить прямо, а у нас…». Если же, наоброт,его участок мешал проходу окружающих, то, восстанавливая попрченый соседями забор, интеллигент любил порассуждать «что вот на Западе частную собственность уважают и тут же бы привлекли виновных и расстреляли прилюдно, ибо частная собственность свята, а у нас…» Или, к примеру, если от него требовали официальную справку, то общение с отечественными бюрократическими инстанциями сопровождалось длительными рассуждениями о том что «развели бюрократию, вот в Америке вовсе паспортов нет, и ничего , а у нас без бумажки ты какашка, на всё бумажку требуют…». Если же, наборот, ему нужна была официльная бумажка, то интеллигент ворчал о том,что «на Западе на всё порядок есть, на всё личный номер заведён, формы номерные, а у нас как был бардак, так и остался…» Примеры можно множить, но в общем, нетрудно заметить, что в коллективном бессознательном российского общества Запад занимал место Царствия Небесного. При этом редко попадающие оттуда посланцы рассматривались как ангелы небесные, которым всячески подражали как в одежде так и в манере поведения, отношение к Западным деньзнакам по святовдохновенности напоминало отношение к индульгенциям – зелёным пропускам в Рай, а те кто попадал Туда, как правило, не возвращались. А если и возвращались, то рассказы их в крайне гиперболизированной форме повторялись бесчисленными проповедниками Царствия Небесного как Слово Истины. Два бородатых интеллигентa в свитерах, встретившись в курилке НИИ спрашивали друг друга «Слушал вчера Пионерскую Зорьку?» («Како веруешь?») и далее углублялись в теологические дебри Западного низкопоклоничества. Что и занимало у них большую часть рабочего дня. Для вящего понимания проблемы мифологического Запада в интеллигентском сознании отметим, что у дедушек нашей интеллигенции соответствующее место в сознании занимал Мировой Коммунизм, а к прадедушек барин который вот ужо приедет.
Но вот, когда темницы пали и свобода встретила интеллигенцию радостно у выхода, последующее столкновение с реальностями Запада вдруг высветило со всей ясноcтью ту неприятную истину, что на самом деле всё на Западе мишура, а надо работать. Это шокирующее открытие в сочетании с полным неумением и нежелением что-либо делать и стало определяющим в Западной тематике ППР. Трагедия Гибели Богов захватила так или иначе всех, кто попал под ветры перемен в достаточно сознательном возрасте. Совлекание одежд с бывших идолов сопровождалось, против наставлений классика, громкими воплями и повторением на все лады любимого понятия интеллиенции «работают пусть быки». Выход, однако, каждый искал по своему. Часть интеллигенции, столкнувшись с грубой Западной реальностью быстро сориентировалась в том духе, что Царствие Небесной не вне, а внутри нас и приступила к разворовыванию ранее созданых внутри нас материальных ценностей в попытке создать вне нас индивидуальное Царствие Небесное. Наиболее ловкие сели на пособие на Западе, большинство на Западное пособие (так называемые кредиты), а кое-кто преступил к строительству Настоящего Либерализма на месте , охаивая американские и британские институты как недостаточно либеральные. Попытка стать святее Папы Римского, с опорой на наши книжки, которые завсегда толсче, привела, однако, к ещё более массовой гибели, правда на этот раз уже не богов, а собственного народа. На фоне Гибели Богов, впрочем, исчезновение двуногих тварей по миллиону в год на притуплённое эсхатологической Потерей сознание нашей интеллигенции не произвело совершенно никакого впечатления. Наиболее тупые идеологи либеральной интеллигенции так и продолжают указывать на пример «развитых стран», например, при мотивировке желательности частной собственности на землю. Тем не менее прежнего безусловного одобрения такая аргументация не встречает. «Плавали-знаем» уныло думает рядовой интеллигент и через все интеллигентские наносы всё громче звучит животный инстинкт самосохранения. Вот этот-то инстинкт, вольно или невольно, и озвучивает К.Крылов. Не отказываясь от подражания Западным примерам и сознавая окончательность крушения мифов он предлагает искать некий средний путь, выбирая понравившееся и отбрасывая не понравившееся (если я правильно его понял, понять философов не всегда легко). Здесь следует отметить, что, несмотря на заманчивость этой идеи у неё есть существенный недостаток – она неосуществима.
Неосуществима она потому, что на самом деле Запад отличается от России не экономическим или социальным, а душевным устройством. И скопировать его нельзя, даже если сильно захотеть.
Попробую проиллюстрировать это положение примерами Западного Устройства Душевного (ЗУДа). Главная составляюшая ЗУДа – римские дороги. Если кто видел в Британии построеные римлянами дороги, тот поймёт, как строится сознание западного человека – по варварской степи вперёд к победе Цивилизации. Не буду вдаваться в дальнейшие обьяснение, это надо видеть самому. Отмечу лишь, что именно эта составляющая явлется решающей для экономического преуспеяния. А дорог римских нам Бог не дал.
Вторую составляюшую иллюстрирует популярная детская песенка Humpty-Dumpty. Коллизия её, как известно, сводится к тому, что некий атомизированый Нumpty Dumpty в удовлетворение своих индивидуалистических запросов sit on the wall. Затем произошёл great fall, и, что наиболее характерно, all the king’s horses and all the king’s men cannot put Humpty Dumpty together again. Такая вот он Личность. Индивидуум. Микрокосм, перевешивающий все государственные институты. В преломлении к российскому сознанию, однако, во-первых не понятно, с чьего разрешения означеный Шалтай Болтай сидел на фортификационном сооружении, котрое доложно от таких вот Болтаев строго охраняться стрелками вневедомственной охраны. На этом фоне закономерным выглядит падение зарвавшегося индивидуалиста. Тут бы автору и завершить, и тогда означеное произведение можно было бы даже читать в детских дошкольных учереждениях. «В вы, дети, кем хотите быть, когда вырастите? Шалтаями Болтаями или стрелками ВОХРы? Правильно… И ты, Костя, тоже? Молодец… Ну а теперь спать…»» Но нет, автора несёт нелёгкая дальше. Получается, что сталинские кони (!) царская рать (!) и не могут какого-то засраного Шалтая-Болтая на место поднять?! А фамилия ваша как? Маршак? Понятно… Да вы знаете где место ващего Шалтая Болтая да и ваше тоже? И туда вас поместят за клевету на нашу Армию значительно меньшими силами и очень быстро… Словом, неприемлемо выглядит эта апологегика индивидуалзма в ушерб общественным институтам. А вот Там это любимая детская песенка. Что характерно.
Третью составляющую иллюстрирует известное западное шоу Рэстлинг или борьба без правил. Если кто не видел этого ежедневного на Западе шоу, то выглядит это примерно так – в лучах прожекторов выходит огромных размеров мужчина лет 45 в в кожаном нахуйнике и примерно полчаса в микрофон вызывает соперника на бой к радости многочисленной толпы зрителей –Убью! Зарежу! Глаз на жопу натяну и моргать заставлю! Страшный смысл последней угрозы становиться ясным, когда появляется его соперник – треугольной формы создание, с крохотной головой и мелкими глазами, не видными в складках жира, переходящими прямо в огромную задницу, размер котрой определяется российской меркой «в три ведра». Он тоже выхаркивает ряд угроз, в частности – Зарою с-с-суку! При этих словах из темноты прожекторы выхватывают случайно вырытую кем-то возле ринга могилу размером 6 на 8 и судья обьявляет поединок. Мужики что есть силы кидают друг друга на пол, при каждом ударе притоптывая по сделаному как барабан рингу, бьют судью скамейкой, выбегают в фойе и стукают соперника случайно кем-то брошенным там 50 тонным грузовиком с включеным двигателем и в конце концов под дебильные зывавания комментатора закапывают одного из соперников. Впрочем, на следующее шоу он выходит ещё более говорливым. Все официально признают, что бои идут по заранее написаному сценарию и являются чем-то вроде мужской мыльной оперы. Насколько я знаю, ни один русский не в состоянии это смотреть. Но на Западе это едва ли не самое любимое зрелище. Не берусь обьяснить в чём тут особенность и почему так сложилось, но соответствующая идея пронизывает всю жизнь на Западе сверху донизу. Pepsi и Сoce бьются не на жизнь, а насмерть, но конечный аргумент-снижение цен- почему-то не применяют. Недавно Католическая Церковь официально признала, что Лютер был прав, и спасение души определяется не личными усислиями человека, а исключительно волей божией. Или вот мальчик 7и лет недавно застрелили 6 летнюю девочку. Обьяснение – западные дети, оказывается, не в состоянии понять идею конечности смерти. Она воскреснет на следующем шоу. Идея рэстлинга проинизывает и экономику, и спасение души и смерть. Игра без правил, но по заранее написаному сценарию. Тупые наши реформаторы насчёт без правил очень даже хорошо поняли и внедрили, а вот насчёт сценария недопоняли, так как никто им открыто не сказал, а сами они… ну тут понятно. Примерно как 7 летний ребёнок, который думает что рэстлинг – это по настояшему. А ведь на самом деле вся конкуренция, свобода, демократия на Западе – рэстлинг. Весь вопрос в том, кто пишет сценарий, впрочем, это выходит за рамки данной статьи. Отметим, что ни одну из вышеописаных черт скопировать невозможно. Например, принятие и одобрение рэстлинга прямо противоречит врождённому у русских поиску Правды как жизненой установки. Тут надо отметить, что в целом указаное качество является сугубо отрицательным с практической точки зрения. Русскому всё надо «в натуре», без турусов и колёс. Сборник законов именуется «Русская Правда» (а не Хартия Вольностей), т.е. подчёркивается естесственное происхождение Права в отличие от Западного придуманого Law. Драться – так чтобы шапку об землю, и, в натуре, до крови. Разводить так «по понятиям» (по Правде), не признавая писаного Закона. На практике жизнь «по правде» (не по лжи), в отличии от жизни по Закону, слабо сочетается с требованиеями общественного бытия, ибо Правда – она у каждого своя ,а Закон, он, слава Богу, один на всех. Русский не то чтобы анархичен – скорее, у него имеется крайне разрушительное стремление к собственной, нутряной Правде, Царствию Небесному, в то время как западный человек вполне довольствуется написаным сценарием. Западный человек готов мириться с большей степенью, скажем так, условности. Поэтому он соблюдает писаный Закон. Не замечает отталкивающей театральности рэстлинга. На работе работает. Не может перевести на английский понятие «в натуре». И вообще как ребёнок. Рэстлинг, может быть, самое яркое выражение большей меры допустимой условности, характерное для Западного сознания. Множество очень ценных сторон Западной реальности порождается именно этой установкой западного человека. К счастью или к сожалению, но русское сознание не приемлет столь высокого уровня условности. И потому сама постановка вопроса о подражании Западу неправомерна. ЗУД копировать не удасться. Что, впрочем, не исключает необходимости внедрять и развивать чисто технические разработки. К Западу надо относиться так как будто бы его нет. Совсем.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments