rms1 (rms1) wrote,
rms1
rms1

Categories:

Побежденный враг.

За 100 лет Каганата инородцы сумели привнести в нашу культуру множество изначально чуждых ей понятий и культурных установок. Так, для собственно русской культуры характерно уважительное отношение к побежденному противнику, почитайте, скажем, воспоминания Дениса Давыдова о войне 12 года или припомните памятник французским солдатам, павшим при Бородино. В тоже время, для всемерно внедряемой инородческой культуры характерно упрошенное отношение к побежденному врагу – Добей его! Тысячу раз добей! И детей, и жён, и скот его! И тысячу лет потом рассказывай байки про его преступления! (благополучно забыв про многочисленные свои). Не пытаясь изменить нашего прошлого, я лишь расcкажу о том как я один раз в жизни встретил настоящего солдата с той стороны. Уже в Америке у меня на приеме как-то попал немец, который, поняв по имени что я русский, заулыбался, стал говорить по русски «работать, работать!» - потом попытался говорить со мной по русски, не смог подобрать слов, смешался, покраснел, сказал – «забыл» - и стал говорить преимущественно по английски (комплекс Пекторалиса, я бы сказал). Оказалось, что он попал в плен под Сталинградом «когда уже вся армия сдалась», несколько лет сидел почему-то «под Львовом», и далее последовало краткое изложение «Архипелага Гулаг». «Там почти все и умерли» - сказал немец с легкой улыбкой. Он выжил, по его словам, благодаря тому, что знал ремесло пекаря и работал на хлебопекарне. Рассказ про плен в общем, как я и сказал, был кратким изложением Солженицына, из интересных деталей мне лишь запомнилось как он рассказывал, что НКВД пленных допрашивало дважды – сразу после плена и перед освобождением. При этом детально выспрашивали подробности службы в Вермахте, места, даты и т.д. Не дай Бог два рассказа не совпадали – так выявляли тех, кто служил не в полевых войсках, а в СС или иных карательных органах. «I always told truth» сказал немец и на секунду в его голосе блеснул страх передо мной как представителем той силы. На удивление, немец не ожесточился, а, наоборот, часто потом ездил в Россию, чуть не каждый год, побывал везде. В Ташкенте даже поучавствовал в задержании «пытавшегося оказать сопротивление преступника» (На следующий приём он притащил мне Грамоту, выданную в 1968 году ташкентским УВД «гражданину ФРГ NN за помоoь в задержании вооруженного преступника»). На мой вопрос о деталях немец только сказал по русски «он пытался оказать мне вооруженное сопротивление». При этом воспоминании он блаженно улыбнулся, как иной человек улыбается при воспоминании об особом роде форели, подаваемой в "Славянском базаре". Как-то вот представилось как узбекского братка скрутил настоящий фронтовик. Немец с полчаса перечислял где он был в России – и Москва, и Дальний Восток, и Средняя Азия. А Сталинград – спросил я его сглупу. Внезапно жизнерадостный улыбчивый немец странно просерел и страшно сказал – «я никогда не ездил в Сталинград. Это был ад.». Тут со мной приключилось сатори – я как-то на минуту полностью почувствовал, что такое для него Сталиниград. Потом я часто анализировал это, и рационально это можно объяснить тем, что немец совершенно спокойно и с улыбкой рассказывал о смерти товарищей в ГУЛАГе, какие-то детали жизни на передовой, допросы НКВД, как он задержал вооруженного преступника, и вдруг такой , прошедший передовую, ГУЛАГ и эмиграцию человек весь страшно сереет через 60 лет после события при одном воспоминании о нём. Что ж там было такое?
Честно, я испытал к нему большое уважение. Сегодня не самая радостная дата в истории Германии, и я думаю, что несмотря на инородческий агитроп, русским следует по-прежнему с уважением относится к побежденному противнику.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments